Алексей Макаров
Алексей Макаров // Фото: Starface

Cтрасти по однокомнатной квартире бабушки Макарова в Омске накаляются – о споре по поводу наследства «СтарХит» писал в номере от 25 августа. Как нам сообщили в Первомайском районном суде Омска, на 2 сентября запланировано предварительное слушание по иску сестры актера по отцу Елены Макаровой к бабушкиной соседке – Марии Кравченко. Елена намерена оспорить свидетельство о наследстве покойной Веры Макаровой, по которому ее квартира переходит 82-летней соседке. Свою версию событий предлагает «СтарХиту» знакомая семьи Макаровых, психолог Ирина Чернышева. В студенческие годы она дружила с отцом Алексея Макарова – Валерием. После его смерти  вместе с мамой Валерия, Верой Ивановной, не раз ездила к нему на могилу. Когда у старушки начали болеть ноги и она перестала выходить на улицу, Ирина навещала ее дома. А потом и в геронтологическом центре.

«Несколько лет назад Вера Ивановна совершенно точно завещала квартиру внукам и заверила это нотариально, – рассказывает «СтарХиту» Ирина. – Я познакомилась с Леной, когда ей было всего 6 лет. Взрослея, она старалась приезжать к бабушке, когда могла. Теперь борется за правду. Я считаю, что переписать документ в пользу Кравченко 91-летнюю Веру Ивановну уговорили обманным путем. Она находилась в состоянии деменции – старческом слабоумии. А значит, завещание, подписанное ею в то время, незаконно. Как только Веру Ивановну определили в дом престарелых, Кравченко пустила в ее квартиру жильцов. Я была у Веры Ивановны в геронтологическом центре, она скучала, просилась домой, умоляла ничего не делать в ее квартире. И не знала, что там уже живут другие люди, которые выкинули ее диван».

Как рассказывала Кравченко «СтарХиту», Алексей Макаров выдал сестре генеральную доверенность на ведение «квартирных дел». По словам Ирины, жилье Веры Ивановны сейчас, по сути, никому не принадлежит. И до сих пор сдается. «Кто вступит в права наследства, станет известно 24 сентября, спустя полгода со дня смерти Веры Ивановны, – продолжает Ирина. – Все это очень некрасиво со стороны Марии Илларионовны. У нее же никого нет, кроме племянников, да и те в другом городе. Ей самой не о квартире – о душе пора думать!»