Анна Калашникова
Анна Калашникова // Фото: «Инстаграм»

С момента расставания Ани с Прохором Шаляпиным прошло девять месяцев, но ее сердце до сих пор свободно. У актрисы, певицы, бизнесвумен просто не хватает времени на личную жизнь. Каждый день после окончания всех дел она бежит домой к маленькому сыну Дане.

«Честно говоря, я отчаялась найти свою любовь, – делится Калашникова. – Решила, пусть этим делом займется специалист. Познакомилась с Розой и поняла – она свой человек. Понимает все, разбирается в психологии и знает, кто мне нужен. Наши взгляды сошлись».

На передачу «Давай поженимся!» Анна идти отказалась – не хочет делать из жизни шоу. С Сябитовой она постоянно на связи – обсуждает нюансы, задает вопросы.

«Для меня важно, чтобы мужчина был старше меня, – продолжает 32-летняя Калашникова. – Мне нужен ответственный человек, который любит детей, сможет принять моего сына и захочет еще малышей. Я мечтаю еще минимум о двоих – мальчике и девочке. Характер у него должен быть жесткий. Так хочется, чтобы мужчина мог меня остановить, направить. Приведу пример. У меня бешеная гонка – съемки, съемки, съемки, а тут прихожу я домой, а любимый мне говорит: «Никуда не пойдешь завтра – у нас семейный день!»… И не пускает меня на работу. Я предпочитаю не соревноваться с противоположным полом. В идеале я вижу наш совместный бизнес, по которому он будет давать мне советы».

Пока Сябитова только составляет список кандидатов, которых покажет Калашниковой. В конце января Аня планирует пойти на первое свидание.

Напомним, в ноябре прошлого года Анна призналась «СтарХиту», что ей было нелегко забыть о предыдущих отношениях. Долгие месяцы она пыталась наладить отношения с Прохором Шаляпиным и пыталась забыть старые обиды. В конечном счете экс-возлюбленным удалось найти общий язык, и артист даже решился на встречу с ее маленьким сыном. Анна Калашникова: «Во время встречи Прохора с сыном я плакала»

«Как мама я переживала, что Прохор с апреля не видится с Даней, - делилась Калашникова со «СтарХитом». - Ведь до этого он был заботливым отцом – гулял с малышом, играл, кормил его. Мне было больно слышать, как после его ухода сынок пытался лепетать «папа, папа», но того, к кому он обращался, не было рядом… Я пыталась объяснить Прохору, что ребенок ни в чем не виноват, к тому же он изначально знал, что, возможно, он не его папа. И Прохор дал слово мне и моим родителям, что будет воспитывать его, несмотря ни на что. Но узнав, что не отец Дани, отказывался встречаться со мной, навещать маленького... Поэтому, когда пришла его эсэмэска: «Я соскучился по Дане, хочу его увидеть», сначала решила, что это розыгрыш. Не верилось, что он осознал: ребенок – не игрушка, его нельзя просто так бросить. Я тут же перезвонила Прохору: «Ты серьезно?» Он мне ответил, что да...»