Владимир Абрамович не понимает, о каком выстреле идет речь
Владимир Абрамович не понимает, о каком выстреле идет речь.
После инцидента Анна Аполлонова лечила контузию
После инцидента Анна Аполлонова лечила контузию.

Я связался с Владимиром Абрамовичем Долинским, и он прокомментировал конфликт так: «Еду в левом ряду, передо мной медленно ползет машинка. Посигналил ей раз, другой, но водитель специально еще больше сбрасывает скорость. Я пошел на обгон, но буквально через 30 секунд меня подрезает это авто, из него выходит агрессивно настроенный молодой человек со словами: «Я тебя – та-та-та, мама, бабушка и все остальное». Я отвечаю так же, говорю, куда идти ему, на что незамедлительно получаю по физиономии. Конечно, в первую секунду я хотел выскочить, но был пристегнут, да и мой товарищ удержал за рукав, мол, не надо, не связывайся. Подарок судьбы, что рядом был Юра. Несмотря на 68 лет, я в хорошей форме и вцепился бы в эту сволочь мгновенно! Когда мы отъехали, у меня подрагивали руки, а через час я об этой истории забыл… У меня есть разрешение на травматический пистолет «Оса», и я счастлив, что в тот момент он был на даче. Потому что, когда парень меня ударил, я бы, наверное, выстрелил – и не в машину, а в него».
В отличие от Владимира Абрамовича Аня Аполлонова помнит каждую секунду дорожного инцидента и представляет историю совсем по-другому.
«Примерно около 8-го дома нас с моим знакомым Якубом обогнал джип серебристого цвета и стал резко тормозить, мы тоже замедлили ход, а потом, чтобы не въехать ему в бампер, остановились. Не успел мой друг подойти разобраться, как открылось окно внедорожника, и оттуда закричали: «Ты чего, уе-ок, так ездишь?» Якуб вырос на Кавказе, там уважительно относятся к пожилым людям, поэтому, когда он увидел, что орет старик, вернулся назад и, садясь за руль, сказал: «Рожа у него какая-то знакомая». Мы хотели продолжить путь, но внедорожник не двигался, и нам пришлось объезжать его по резервной полосе. Я приоткрыла боковое стекло, стремясь понять, кто же сидит за рулем, и увидела целящегося в меня мужчину. Резко откинулась назад, прогремел выстрел… Если бы не тонировка, пуля бы точно попала в меня. Машина сразу уехала, но я запомнила номер…»\

Кстати

Проверять на детекторе лжи, а уж тем более судить ни Анну Аполлонову, ни Владимира Долинского я не собираюсь. Но, когда я рассказал обо всем моей подруге Алле Довлатовой, вот что услышал: «Я с Владимиром Абрамовичем Долинским работала на антрепризах три с половиной года. За это время я много видела от него хорошего: он, как профессионал, действительно мне помог, и я ему очень благодарна. Но на протяжении этих лет я видела, как Владимир Абрамович обижал наших театральных администраторов. Они, конечно, страдали, но молчали. Потому что влиятельным, могущественным или популярным сказать никто ничего не может, особенно люди, которые от них зависят. Год назад после премьеры спектакля «Как стать желанной» был сабантуйчик, и, когда наш продюсер Нина Литвинова похвалила травматический пистолет Владимира Абрамовича, немножко выпив, он его всем показывал, Долинского вдруг переклинило, и он выстрелил Нине прямо в лицо. Она слабая женщина, одна на белом свете, а 8 марта у нее еще и мама умерла. «Я боюсь, говорит, писать заявление, потому что очень хорошо знаю Долинского, он запугивает, только попробуй открыть рот». Но я-то Владимира Абрамовича не боюсь, Андрей. У меня сильный муж, трое детей. И я не собираюсь линчевать заслуженного артиста. Я хочу, чтобы он понял, что на месте этой девочки Ани могла бы быть его дочь Полина. Чудесная девчонка, кстати, и прекрасно воспитана».