курской квартире Нонна Павловна с дочерью Мариной, сыном Сашей и его сыном Женей Белоусовым
курской квартире Нонна Павловна с дочерью Мариной, сыном Сашей и его сыном Женей Белоусовым

Боль мучила 75-летнюю Нонну Павловну Белоусову так, что она пожаловалась дочери Марине: «Аж искры из глаз сыпятся!» Ни спать, ни рукой-ногой двинуть, ни подняться с кровати... Лежала и в тоске вспоминала, как шесть лет назад у нее обнаружили онкологию. Тогда лечение прошло благополучно. А вдруг рецидив?! На «скорой» врачи увезли ее в больницу, а к ночи вынесли вердикт: перелом бедренной кости и начали готовить к операции.

Люди помнят

Так вышло, что буквально за день до этого Нонна Белоусова пригласила «СтарХит» в гости в свою трехкомнатную хрущевку на улице Димитрова, в центре Курска. Мама певца живет там сейчас вдвоем с дочерью Мариной. Cняв трубку, старшая сестра Жени Белоусова честно призналась: мама болеет, не до гостей. Однако Нонна Павловна сама взяла мобильник: «Если хотите, приезжайте прямо сегодня, пока дочка дома. Я-то не встаю – открыть вам не смогу». Мы приехали в тот же день. Рассказывая «СтарХиту» о сыне, даже приободрилась, начала улыбаться. В следующем году Жене Белоусову исполнилось бы 50, но он прожил всего 32 года. Инсульт... Хиты, которые он исполнял в конце 80-х – начале 90-х, – «Девочка моя синеглазая», «Ночное такси», «Девчонка-девчоночка» – до сих пор на слуху.

– Прошло 16 лет, а люди помнят моего Женьку, – говорит Нонна Павловна. – Никого из ушедших артистов так часто не вспоминают! До сих пор меня зовут – просят о сыне рассказать – то на «Первый канал», то на «Россию», то на НТВ. В августе съездила на съемки к Ангелине Вовк и Татьяне Веденеевой…

У дивана – деревянные костыли, на столе – куча таблеток. В квартире никакой роскоши: мебель советских времен, старенький телевизор. На стене большой портрет Жени. Нонна Павловна вырастила дочь Марину и двоих сыновей-близнецов – Женю и Сашу. Теперь в серванте фотографии их детей – ее любимые внуки, правнучка.

– Фотографий было больше, – говорит Нонна Белоусова. – Но мы отдавали их для съемок. А нам ничего не вернули. Дома ни одной кассеты с записями сына не осталось. Только по телевизору его песни и слышим...

– Он вырос в этой квартире?

– Им с Сашей было по шесть лет, когда мы сюда переехали. А принесли их из роддома еще в старый дом на улице Ленина. Марине тогда 4 года было, она с братиками, как с куклами, возилась. Женьке бантики завязывала. Он до школы был спокойный… А потом стал ногами драться, да и друзей научил. Сколько мы с отцом втыков за него получали от учителей! Ученик он был «великий» – не заставишь за учебник сесть. А в 14 лет зашли они с Сашей в
Дом пионеров, увидели инструменты. Женька стал на гитаре бренькать, а Сашка за барабаны сел. И пошло-поехало!

Шуба для мамы

– Сын стал известным певцом. Не забывал о вас? Помогал?

– Это был сын – дай бог каждому! Раз в месяц-два я ездила к нему в гости в Москву. Он где что вкусное пробовал, обязательно меня туда приводил, угощал. На концерты меня брал. Однажды я приехала, а у него тур по «Золотому кольцу». «Мам, что ты будешь сидеть, – говорит, – поехали с нами». Не стеснялся меня. В Курске на гастролях всю музыкальную тусовку к нам домой приводил. Здесь бывали компании в 23 человека – весь «Интеграл», в котором Женя работал бас-гитаристом в 80-е. Всех принимала, всех угощала. Такие планы у сына были! Собирался в Подмосковье дом строить – в Одинцово. Меня хотел к себе перевезти. Я люблю кашеварить, готовила бы, внуков бы воспитывала. Не судьба. Все накрылось медным тазом.

– Нонна Павловна, на какие деньги вы сейчас живете?

– Пенсию получаю, Марина работает в торговле кассиром. Два месяца назад ей зарплату подняли до 15 тысяч, а на днях объявили о сокраще-
нии. Так что экономим. Нарядов не покупаем. На жизнь хватает, если не болеть и не тратиться на лекарства. Сейчас болею – и денежки утекли...

– Песни Жени до сих пор крутят в эфире. Вы как наследница сына авторские проценты получаете?

– Мы люди простые, никогда в жизни об этом не задумывались. Никаких денег никто нам не платит. Конечно, будь Женька жив, все было бы по-другому. Сколько раз помощь предлагал. Говорил: «Мам, давай тебе хоть шубу купим». Но это были 90-е – трудные безденежные времена. И я отвечала: «Чтобы меня за эту шубу кто-нибудь пристукнул? Давай, когда у тебя самого все будет, тогда и обо мне подумаем». А потом он запутался с этими дамами – своими женами. На Наталье Ветлицкой был неделю женат. Второй жене, которая родила ему дочку Кристину, квартиру оставил. Третья родила ему сына Романа вне брака…

– Общаетесь с невестками?

– Со всеми – делить нам нечего. Иногда встречаемся в Москве, когда я приезжаю в гости к сыну Саше. Он музыкант, играет на барабанах. Женат
третий раз. Детей двое. Старшему сыну уже 13 лет. Он его в честь брата назвал. Так что в нашей семье растет еще один Женя Белоусов. Этим летом ко мне приезжал Роман, ему 21 год. Похож на Женьку, только черты помельче. С учебой у него не очень. А что удивляться? В отца! Кристине – 25, она психолог, но не работает, ищет себя, языки начала учить. У нее от Жени – пристрастие к диетам. Он дурью маялся – устраивал себе похудения,
пока здоровье не загубил. Я удивлялась: приеду и вижу, что он по десять дней ничего не ест, только чай несладкий пьет. А потом на банкете ему нальют чего-нибудь – вот поджелудочная железа и воспалялась!.. Первый раз, когда ему стало плохо, сам доехал до «Склифа». Но у него гастроли!
Через день сбежал из палаты. Второй раз попал в больницу, когда уже поздно было. Ему столько лекарств прокапывали, а у него внутричерепное давление повысилось. Для Женьки это было смертельно опасно. В 10 лет его машина сбила, он ударился об асфальт, всю жизнь страдал от головных болей. Но знаете, снился мне здоровый, веселый. Сейчас не снится. Но я чувствую, он где-то неподалеку, рядом...