Жасмин назвала дочь в честь самого родного человека, 2014 год
Жасмин назвала дочь в честь самого родного человека, 2014 год // Фото: Личный архив Жасмин

В России День матери отмечают в последнее воскресенье ноября. Но певице Жасмин не нужно повода, чтобы вспомнить свою самую родную и любимую. Маргариты Семеновны не стало 19 лет назад. «Мне ее жутко не хватает, – признается Жасмин. – Ее уход стал самой большой потерей в моей жизни. Иногда, сама того не замечая, называю дочь Маргариту мамулечкой, ведь именно благодаря ей она получила свое имя. Мамочка – мой ангел-хранитель, уверена, что она помогает мне с небес и оберегает».

Сегодня артистка, беременная третьим ребенком, особо сильно ощущает, что ей недостает самого родного человека. «Если б она была рядом, я бы посоветовалась с ней, стоит ли лишний раз делать УЗИ, повременить ли с поездкой куда-то или вовсе отложить путешествие», – говорит Сара (настоящее имя певицы. – Прим. «СтарХита»). Жасмин старается быть для своих детей таким же близким другом, каким была для нее мама. «С Мишей это очень хорошо получается, мы общаемся на равных, – отмечает певица. – Уверена, что в будущем мы будем самыми лучшими подругами и с Маргаритой. Пока же она маленькая, и я с ней осторожничаю, может, даже чрезмерно опекаю. Например, дочь упала, ударилась ногой, осталась царапина, все – у меня катастрофа. Но стараюсь сдерживаться, вспоминаю мамины слова: «Ничего страшного! До свадьбы заживет!»

С Мишей я как-то меньше акцентировала внимание на подобном – была молодая, ведь я родила его в 19 лет. А с Маргаритой нежничаю…» Сару с детства учили быть хорошей хозяйкой. «Одно из самых ярких воспоминаний – как мы с мамой и бабушкой лепили пельмени, пекли хлеб и пироги, – делится певица. – У меня с трех лет был свой фартучек, бабуля специально сшила. У дочери, кстати, тоже есть, а еще целый арсенал кухонной утвари. Недавно готовили с ней пиццу и торт, я приучаю ее к женским хлопотам».

Мама Жасмин со старшим сыном Анатолием, 1975 год
Мама Жасмин со старшим сыном Анатолием, 1975 год // Фото: Личный архив Жасмин

Певица вспоминает, что ее и старшего брата растили в строгости. «Благодаря воспитанию мамы я никогда не смогу обмануть, предать, взять чужое, смотреть свысока или снисходительно на человека, – говорит Жасмин. – Она научила меня ценить доброе отношение к себе, я передаю это сыну Мише, всегда напоминаю: «Дорожи друзьями, не обижай их!»

Все, кто был знаком с мамой певицы, отмечают, что Жасмин буквально ее копия. «Она была очень красивой, с восхитительной кожей и потрясающими руками. Мы действительно похожи, но ее очарования у меня, конечно, нет...»

Звезда эстрады хорошо помнит свой последний разговор с мамой. «Она болела, лежала в клинике, но я не хотела понимать, что все так серьезно, – говорит Жасмин. – Даже когда сказали, что конец близок, я думала, что это неправда. Мама тоже была настроена оптимистично – мы планировали, что поедем вместе отдыхать. Я сильно-сильно обнимала ее, обцеловала с ног до головы. Она смеялась: «Что это за поцелуйкина контора?» Несмотря на то, что ее нет уже 19 лет, я до сих пор помню ее запах – роднее ничего нет».

АНДРЕЙ ГРИГОРЬЕВ-АПОЛЛОНОВ

Андрей с женой Мариной и детьми – 11-летним Иваном и 7-летним Артемием, 2015 год
Андрей с женой Мариной и детьми – 11-летним Иваном и 7-летним Артемием, 2015 год // Фото: Личный архив Андрея Григорьева-Аполлонова

В первую годовщину смерти мамы Маргариты Андреевны солист группы «Иванушки International» Андрей Григорьев-Аполлонов не смог прийти к ней на кладбище – был на гастролях в Уфе.

Но признается: та, что родила его, всегда в сердце, и думает он про нее каждый день, а не только в памятные даты. «У меня до сих пор не поднимается рука удалить ее номер из мобильного телефона, – делится артист. – Начинаю листать записную книжку: Маша, Матвей, мама... И сердце сжимается, и стереть не могу себя заставить».

Маргарита Андреевна ушла из жизни на 80-м году, и ее последние мысли были о любимом сыне. «Помню, как пришел к маме в больницу, она уже умирала, – с болью в голосе рассказывает Андрей. – Спрашиваю ее: «Мамочка, как ты?», а она: «Я хорошо. Лучше скажи, у вас с Маришей Все в порядке, не ссоритесь?» Для нее до самого конца оставалось важным, чтобы в моей семье не было разлада.

 

Андрей был единственным и любимым сыном, 1975 год
Андрей был единственным и любимым сыном, 1975 год // Фото: Личный архив Андрея Григорьева-Аполлонова

Андрей признается: маме он обязан всем. Если бы Маргарита Андреевна не привела 7-летнего сына в музыкальную школу, не стать ему певцом. «Я, само собой, не сильно этого хотел – был совсем маленьким и глупым, – вспоминает Андрей. – В принципе с таким же успехом мама могла отвести меня в кружок лепки кувшинов. А через пару месяцев занятий на все накопленные семьей деньги она купила мне пианино за 2500 рублей. В то время «Жигули» столько же стоили!» Андрей благодарен маме за подаренную веру в себя – в детстве рыжему «Иванушке», усыпанному конопушками, пришлось стерпеть немало насмешек.

«Помню, как-то задал ей вопрос: «Мамочка, я страшный?» – говорит певец. – Я же никогда не считал себя красавцем. Она рассмеялась и ответила: «Ты страшненький, но очень симпатичный». Я это ее высказывание часто вспоминаю… А еще, когда меня дразнили рыжим и я рассказывал об этом маме, она поправляла: «Ты не рыжий, а золотой».

Самое яркое гастрономическое впечатление из детства у Григорьева-Аполлонова – макароны по-флотски, которые готовила Маргарита Андреевна. «С тех пор я пробовал это блюдо во многих ресторанах в России и за границей, – говорит Андрей. – Но, конечно, у моей родной мамули получалось вкуснее…»

РОЗА СЯБИТОВА

С 26-летним сыном Денисом и 23-летней дочерью Ксенией у Розы прекрасные отношения, 2014 год
С 26-летним сыном Денисом и 23-летней дочерью Ксенией у Розы прекрасные отношения, 2014 год // Фото: Личный архив Розы Сябитовой

«Спасибо тебе, дочка. Все-таки ты у меня хорошая. Я так виновата перед тобой…» – такие слова услышала главная сваха страны от мамы Луизы за день до ее смерти. Ее не стало 15 лет назад, и все эти годы Роза мучается от того, что так и не смогла простить маму. «Нас в семье было двое – я и брат на три года младше меня, – вспоминает Сябитова. – Ему всегда доставалось самое лучшее – игрушки, сладости… Меня же мама била по любому поводу – не так полы помыла, не так постель застелила, не так посмотрела на нее… Внушала: «Ты же девочка, толку от тебя никакого – род не продолжишь. Зачем ты вообще нужна?»

Луизы Сахибзадовны не стало в 2000-м – на 62-м году жизни она умерла от цирроза печени. «Все эти годы я пытаюсь найти оправдание ее поведению и не могу, – сетует Роза. – За несколько лет до смерти она продала черным риелторам нашу трехкомнатную квартиру – мне, находящейся на восьмом месяце беременности, звонили бандиты и угрожали убить. Пришлось выписаться…»

Но многолетний опыт работы психологом показал Розе – ей есть за что быть благодарной той, что родила ее. «Если бы не она, я не стала бы успешной, – признается ведущая «Давай поженимся!». – Несчастное детство закалило мой характер, и я пообещала себе, что вырвусь из нищеты. И я делала все, чтобы добиться своего: бралась за любую работу, даже полы в метро мыла. Уверена: если бы не мама, не видать мне популярности и денег как своих ушей. Она научила уворачиваться от ударов. За это я хочу сказать ей спасибо.

Родители Розы часто ругались друг с другом, 1963 год
Родители Розы часто ругались друг с другом, 1963 год // Фото: Личный архив Розы Сябитовой

Если бы не она, я сама бы никогда не стала такой хорошей мамой. Я безумно люблю своих детей. Если понадобится, жизнь за них отдам. У меня даже в мыслях никогда не было ударить их, потому что я знаю, какие глубокие шрамы остаются от этого в душе. Может быть, если б не мама, я бы сама стала безответственной и черствой родительницей – каких сейчас 90%. Когда я, будучи беременной Денисом, лежала на сохранении, насмотрелась на этих мам-кукушек. Они не слушают врачей: едят что попало, не принимают лекарства, которые им прописали, прыгают с пузом со второго этажа к своим мужикам…»

Телеведущая надеется, что когда-нибудь пересилит себя и съездит на Домодедовское кладбище, где похоронена мама. «Я очень хочу ее простить, – говорит Роза. – Мне нелегко жить с этой болью. С тяжким грузом уходить на тот свет я не собираюсь…»