Валерия с бабушкой Валентиной Дмитриевной
Валерия с бабушкой Валентиной Дмитриевной // Фото: "Твиттер" Иосифа Пригожина

Знаменитая внучка вместе с зятем Иосифом Пригожиным постоянно зовут любимую бабушку переехать к ним в Москву, она благодарит и отказывается. «Мне и в родном Аткарске хорошо!» В районном городке под Саратовом у нее в самом центре, на улице Советской, собственная «трешка» в пятиэтажке, обстановка в квартире – самая обычная, порядок – идеальный. И в свои 98 лет она предпочитает жить отдельно. «Я – за автономию!» Сыновья Валерий и Владимир со своими семьями живут рядом, дочка Галина, мама Валерии, вообще в соседнем подъезде. «Конечно, помогают по хозяйству, но я и сама многое могу, – говорит Валентина Дмитриевна. – Молоко принесут – творог делаю, клубникой недавно угостили – сварила варенье. Холодильник «Саратов» льдом покрылся – размораживаю. Крупные вещи отдаю стирать в машинку Галочке, но белье свое стираю только сама!» Хотя могла бы жить в особняке с прислугой за границей. «В прошлом году Йося чуть ли не войну развернул: давайте бабу Валю перевезем в Швейцарию, чтобы здоровья набиралась! – говорит Валентина Дмитриевна. – Дом у них там на берегу озера, цветы, бассейн – красота. Не была еще там, но Йося показал мне, как на компьютере фотографии смотреть, – оказалось так просто! Может, еще и соберусь в Швейцарию погостить – не жить. Я Россию люблю. Всегда голосую, ни разу выборов не пропустила. В последние годы мне урну на дом приносят, если задерживают, я телефон в избирательной комиссии оборву. Мне важно выразить свою гражданскую позицию».

«Йосик возит меня по Москве в коляске»

— Валерия как-то говорила, что Иосифа Пригожина вы просто на пьедестал поставили. Чем же он вас так к себе расположил?
Валентина Никитина
Скажите, кому нужна чужая больная старуха? А Йосик носится со мной, как будто я ему роднее всех родных. В глазную клинику недалеко от их дома в Москве, в Крылатском, меня по улице в коляске возил. В кабинете сам с меня тапочки снимает, за приборсажает. Шейку бедра сломала – устроил меня на операцию в Институт травматологии, в самую роскошную палату. Сидим как-то после операции с дочерью и медсестрой, смотрим телевизор. Я в белом платочке, поверх моего халата еще казенный халат. Медсестра: «Ой, как фамилия этого артиста?» Галя ей: «Сейчас, ну как же его?..» И тут я слабым голосом выдаю: «Домогаров!» Медсестра чуть не упала. А я, кстати, всех артистов знаю, начиная от Яншина с Андровской до современных звезд. Больше дочки интересуюсь светской жизнью. Смотрела «ТЭФИ», часы остановились, звоню Галочке, чтобы время узнать. Она спросонья: «Мама, второй час ночи, почему не спишь?» Ну должна же я узнать, кому премию вручат!.. А когда я из больницы выписалась, Йося меня в их с Лерочкой квартире заново ходить учил: опираясь на его руку, я шагала от гостиной до спальни и обратно. И в ванну тоже он меня сажал, Лерочка не смогла поднять (я, конечно, была в халатике). Йося ни разу не пришел ко мне без цветов, как-то 101 розу привез! А однажды возвращается, ложится на пол и давай мне специальные упражнения показывать, чтобы я могла ногу разрабатывать. А приедем в какой-нибудь торговый центр, Йося меня по залу в коляске катит: «Баба Валя, давай тебе что-нибудь купим!» – «Да не надо мне ничего!» – «Ну хоть шляпу от солнца!» Лерочка мне в Аткарск то икорки черненькой передаст, то еще что-то вкусненькое. Звонят оба по нескольку раз на дню: «Баба Валя, ты как?»
— Валентина Дмитриевна, а если по телевизору в ночи ничего интересного нет, во сколько вы ложитесь?
Валентина Никитина
Поздно, смолоду привыкла читать перед сном. До сих пор помню наизусть десятки стихов. А «Евгения Онегина» могу цитировать с любого места. Все поражаются: как можно столько в голове держать? Возраст-то у меня нежнейший, как мои дети выражаются. Правда, в последнее время стала хуже видеть, приходится читать через лупу, ни дня не могу без книг и газет. Зато давление не подводит. Дочка Галя шутит: «Мама, выбирай – на Байконур или замуж!» Юмор понимаю: «Замуж! Но за старика не пойду, давай мне молодого, как Галкин у Пугачевой!» Это мы так смеемся. Но я с тех пор, как своего Николая Васильевича похоронила, а это было 40 лет назад, рядом никого даже представить не могла…