Младенца Ясмина через 4 дня после родов забрали соцслужбы
Младенца Ясмина через 4 дня после родов забрали соцслужбы // Фото: youtube.com

В 2008 году Финляндия приняла закон, согласно которому ювенальная юстиция получила право забрать ребенка из семьи только по подозрению в насилии над ними. Очевидно, что это было сделано во благо детей, однако уже сейчас ясно, что у закона есть недостатки: за несколько лет из финских семей были изъяты 16 тысяч детей. Закон коснулся и русскоязычных семей, проживающих на территории Финляндии: из 36 семей россиянок был изъят 51 ребенок... У русских, к слову, принято воспитывать детей не только пряником, поэтому разгневанные матери считают, что проблема заключается не в способах воспитания, а в предвзятом отношении финнов к русским.

Полгода под надзором

Все началось, когда шестилетняя дочь Анастасии Завгородней Вероника 24 августа пошла в школу. По словам Анастасии, там мальчишки-старшеклассники так толкнули ее, что она получила сотрясение мозга. В медцентре, куда родители повезли дочь, захотели узнать, что случилось. Но школа от ЧП «открестилась»: мол, скорее всего, с ней что-то сделали дома. Подозрение возникло – и детей отняли.

На прошлой неделе «СтарХиту» из Финляндии передали видео, на котором Настя Завгородняя, у которой отняли новорожденного ребенка, впервые рассказала, как это было:

«Двое полицейских силой оторвали меня, еще беременную, от Вероники и потащили по коридору, подхватив с обеих сторон под руки. Дочка испугалась и заплакала, к ней рванулся отец, но его повалили на пол, надели наручники. Близнецов забрали из детского сада, объяснив, что родители под надзором… После родов я пробыла дома 4 дня, потом к нам пришли полицейские и работницы соцслужбы с решением об изъятии малыша. Я была в шоке! Сын заплакал. Я бросилась к нему, но двое полицейских встали в дверях спальни и запретили к нему подходить». Однако Анастасия в этом видео почему-то не рассказывает, была ли она в шоке, когда несколько лет назад супруг оскорблял ее и детей и даже применял физическую силу во время их семейных конфликтов. Об этом она писала, шифруясь под ником Suzanna на форуме сайта www.rus.fi в 2007 году.

Почти через два месяца разбирательств, в том числе в суде, у мамы появилась возможность жить в кризисном центре рядом с младшим сыном. Старших к ней приводили по часам. Под надзором семья провела почти два месяца, пока наконец стараниями организации «Русские матери» и Уполномоченного при Президенте РФ по правам ребенка Павла Астахова финские органы опеки вернули россиянке Завгородней всех ее четверых детей.

У главы штаба общественного движения «Русские матери» в Финляндии Риммы Салонен бывший муж-финн тайком в багажнике дипломатической машины вывез сына из России в Финляндию, и она не может его вернуть уже четыре года.

– Здесь многие русские семьи страдают, – говорит она «СтарХиту». – Их берут на учет, а дальше ищут повод забрать детей. Мы знаем только о пятидесяти случаях, но их гораздо больше: кто-то боится заявлять – чтобы не сделать себе хуже...

У Ирины Гуриной возник конфликт с мужем-финном, она позвонила в службу помощи женщинам в житейских вопросах и вместо советов услышала резкое: нет, не можете, не имеете права…

– Я подвела итог на эмоциях: «Раз выхода нет, остается либо на себя руки наложить, либо его порешить», – рассказывает Ирина СтарХиту». – Сотрудница тут же позвонила в полицию, и я оказалась в психушке. А после выписки пришлось подписать соглашение: 60% времени Микаэль со мной, а 40% – с отцом. Продлевать соглашение муж не намерен. Ему не нравится, что ребенок большую часть времени проводит со мной. Боюсь, что лишусь возможности видеть сына.