Набережная Сочи утопает в цветах, которые несут сюда в память о погибших
Набережная Сочи утопает в цветах, которые несут сюда в память о погибших // Фото: Артур Лебедев/ТАСС

Доктор Лиза, Петровна, мама... Бесстрашная, независимая, муд­рая. Невозможно перечислить все имена и эпитеты, которыми вспо­ минают погибшую 25 декабря в авиа­ катастрофе над Черным морем Ели­завету Глинку. Новость о крушении самолета Ту­-154 Минобороны, сле­довавшего из Адлера на сирийскую авиабазу Хмеймим, потрясла страну. На борту – артисты Ансамбля имени Александрова, съемочные бригады те­леканалов, а также директор организа­ции «Справедливая помощь» Доктор Лиза. Она везла в Латакию медика­менты.

«Завтра лечу в Донецк, отту­да – в Сирию, мы никогда не уверены, что вернемся оттуда живыми...» – эти слова Елизавета Петровна произнесла 8 декабря в Кремле, после того как по­лучила от Владимира Путина Госпре­мию за правозащитную деятельность. «Она тебя наконец заслужила. Люблю. В Сирию не езжай!» – написал ей в соц­сети друг Антон Красовский. Но Глин­ка слушала только сердце. Она готова была умереть за подопечных. Но быва­ли моменты, когда сильному Доктору Лизе и самой требовалось надежное плечо, поддержка. О таких моментах «СтарХиту» рассказали близкие Ели­заветы Петровны. Сын погибшей Доктора Лизы: «Люблю тебя, мама...»

Я рядом 

У Глинки было много друзей, знако­мых. Придя один раз в «подвал», так на­ зывали помещение ее фонда на Пят­ницкой, многие оставались с Доктором Лизой на годы, заражались ее энтузи­азмом, верой. Кто-­то знакомился с об­щественным деятелем на просторах интернета, как журналист Наталья Ло­сева.

«Лиза тогда жила в США, но уже начинала заниматься детским хосписом в Киеве, – говорит Наталья «СтарХиту». – Долгое время мы общались по переписке. Потом заболел мой сын, он лежал в Морозовской больнице, не могли поставить диагноз. Я была совершенно в разобранном состоянии... Ночью позвонил телефон, и оттуда закричали: «Лосева, ты? Значит, делаем так...» Кричали звонко и громко, приходилось отставлять трубку от уха. Когда инструкции были получены, пробилась в монолог: «А кто это, простите?» Услышав ответ, поняла, что теперь все будет хорошо: «Я! Лиза! Доктор! Лосева, ну ты даешь».
Доктор Лиза всегда спешила на помощь людям
Доктор Лиза всегда спешила на помощь людям // Фото: Ештокин Владимир/PhotoXPress.ru

«Когда увидела ее вживую, испытала шок: маленькая, хрупкая, воробушек. И при этом – сила танковой дивизии. Конечно, и у нее случались моменты слабости. Лиза переживала, когда ее не понимали, осуждали. Переживала из­ за сыновей, их личной жизни, учебы, того, что редко видит. Она была фантастической матерью, преданной детям, пропитанной ими. Как­то она нашла под подушкой у младшего Леши плакат «Хоспис отнимает родителей», криво написанный от руки. Это стало для нее потрясением.

Был крайне тяжелый период, когда в 2007 году болела и умирала ее мама – Галина Ивановна. Так получилось, что тогда мы с Лизой были на телефо­ не по несколько раз в день», - вспоминает Наталия. 

Мама Елизаветы Петровны в течение нескольких месяцев находилась в отделении нейрореанимации Центра Бурденко, в коме 4­й степени. При малейшем движении – переворачиваии на спину, например, – повышалось давление до критического, что при ее диагнозе – наивысший риск смерти. И даже тогда она не просто ухаживала за мамой, а по несколько часов в день тратила на общение с родственниками больных, объясняя их права, подсказывая, как лучше получить лечение, где и когда требовать обследований. В какой-­то момент руководство Центра предложило Доктору Лизе подыскать для ее матери другую клинику. Тогда Лосева, сделав десятки звонков, помогла Глинке в том, чтобы Галина Ивановна осталась в Бурденко. Наталья всегда была рядом, поддерживала ее, когда мамы не стало. Они дружили до того рокового дня: «Последние слова, которые Лиза написала мне в этой жизни, в пятницу, были: «Умница моя, ты все правильно сделала» и «Делай, что должна».

Доктор Лиза с сыновьями: приемным Ильей (слева) и Константином
Доктор Лиза с сыновьями: приемным Ильей (слева) и Константином // Фото: Facebook.com

Большая стирка

В 2009 году режиссер Елена Погре­бижская получила «ТЭФИ» за документальный фильм о Докторе Лизе. Во время съемок она практически жила рядом с Елизаве­той Петровной, наблюда­ла ее в быту. И однажды была поражена момен­том ее беспомощности.

«По средам Лиза корми­ла бездомных на Паве­лецком вокзале, – рассказывает «СтарХиту» Погребижская. – Наде­вала синюю униформу, которую после каждого визита, естественно, чис­тила. Как­то она засунула одежду в стиральную ма­шину, включила и вдруг слышит, телефон звонит. Прямо из вращающего­ся барабана. Надо было видеть ее лицо – заме­шательство, испуг, непонимание. Мы остановили стирку, вытащили аппа­рат, он не работает. Петрович – ее во­дитель и помощник – говорит: «Надо чинить». Она в шоке, ведь в этом телефоне вся ее жизнь – родные, друзья, пациенты! Благодаря нам мобильник удалось починить очень быстро, связь с миром была восстановлена».
C мужем Глебом Елизавета Петровна прожила больше 30 лет. На фото – с младшим сыном Алексеем
C мужем Глебом Елизавета Петровна прожила больше 30 лет. На фото – с младшим сыном Алексеем // Фото: Facebook.com

Сад в память

Весной Доктор Лиза должна была крестить сына близкого друга, продю­сера Александра Бондарева. Но не успела... «Придумал книжку про нее, в следующем году сделаем, – делится Александр. – А коли Господь управит, посажу в ее честь сад. С ландышами. Она их любила». Когда­-то Доктор Лиза спасла и самого Бондарева – он тяже­ло переживал провал в прокате одно­го из выпущенных его продюсерским центром фильмов.

«Я был в депрессии, – продолжает Александр. – А она взя­ла меня за шиворот и отвезла в Киев к знакомому батюшке. Разговор с ним не помог... Прошла неделя. Звонок в 23.00: «Мне нужна помощь. Сможешь найти детский надувной матрасик? Девочка трех лет, тяжелая, пролежни. Привози, вот адрес». Приехал, говорю, водитель занесет, потому что сам боюсь идти, понимая, что там. Вдруг она выходит из подъезда, берет меня за руку и про­ износит: «Пошли!» Петровна бодро ве­дет меня в комнату к девочке... Страш­но. У кровати, вцепившись в спинку, сидит женщина. Лиза мне: «Я поменяю матрас, а ты мать держи, она все время в окошко сигануть норовит, когда от кроватки отрываешь... Девочке всего пару часов осталось, уходит». Дождал­ся, пока она поменяет... и сбежал. Ма­лышка умерла в 6 утра. А Лиза провела еще три дня в этой квартире. Все мои проблемы по сравнению с этим сразу показались ничем».