Pharaoh (Глеб Голубин)
В Никулинский суд Москвы поступило дело о пропаганде наркотиков на известного рэпера Pharaoh, настоящее имя которого Глеб Голубин. Суд рассмотрит его 13 марта. Предполагается, что претензия возникла к музыканту из-за его песен, в которых могла затрагиваться тема запрещенных веществ.
В 2023 году Глеб женился на ведьме Соне Егоровой, финалистке «Битвы экстрасенсов», она старше мужа на семь лет. Семья усмирила музыканта и дала ему чувство ответственности.
«Это не обременяет меня, а делает в каком-то смысле настоящим мужчиной, когда появляется чувство ответственности и долга. Я очень благодарен ей за это. Я наконец-то почувствовал, узнал и услышал, как должно быть между мужчиной и женщиной — благодаря своей жене. Все, кто были до, — спасибо им. Потому что есть куча опыта: как надо, как не надо, где ты себя обманываешь, где нет. Значит, все было не зря, раз я встретил своего человека», — рассуждал Глеб.
Супруги не оглашали решение пожениться и рассказали о нем позже
Осенью прошлого года появились слухи, что супруги ждут ребенка. Во время концерта Соня Егорова вышла на сцену к мужу, и публика обратила внимание на живот девушки. А весной 2025-го она покинула «Битву» по личным обстоятельствам. Тогда же один из участников проекта назвал ее беременной. Однако подтверждений этим домыслам нет по сей день.
Раньше рэпер состоял в отношениях с моделью и бывшей солисткой группы SEREBRO Катей Кищук. Скандальным был и роман Глеба с Алесей Кафельниковой. Отец модели обвинял Pharaoh в том, что именно из-за него его дочь пристрастилась к наркотикам. Хотя и девушка и парень уверяли, что зависимость появилась у красавицы еще до встречи с рэпером.
Когда Евгений Кафельников поставил наследнице ультиматум: либо бойфренд, либо отец, — Алеся съехала к Глебу. Однако к семейной жизни девушка была не готова и постоянно сбегала на вечеринки с наркотиками. После нескольких срывов и селфхарма модели Pharaoh понял, что не готов нести ответственность за возлюбленную.
«Я была без сил и даже не слышала, как он, оказывается, звонил моему отцу: „Приезжайте, заберите ее, она себя не контролирует“. Дальше помню все вспышками: скорая, его родители, врачи, мне зашивают руку без анестезии, а я кайфую. Все было плохо», — признавалась Алеся.
