Новость вызвала шок у доброй части поклонников, так как Запашный всегда казался примерным семьянином. Но гастрольные условия взяли верх — в долгой разлуке с женой Аскольд завел роман с коллегой, воздушной гимнасткой Дианой Таланиной. Она родила ему сына в 2016 году, о чем, по словам артиста, его жена знала.
Дрессировщик говорил, что их чувства с Элен угасли за 18 лет брака, объединяла лишь документальная формальность. «Мы превратились в друзей с обязательствами и штампом в паспорте. И я пытался об этом говорить, но меня не очень-то слушали. Наверное, Элен верила, что так можно существовать», — объяснял Аскольд.
О разрыве с женой Запашный признался в эфире НТВ. Публичное разглашение обстоятельств личной жизни и слова о «деградации брака» Элен назвала предательством. По ее мнению, в семье царили теплые отношения и муж не подавал виду, что его что-то не устраивало.
Но 48-летний Аскольд не жалеет о сказанном. Он намеренно хотел вынести расставание на публику, вероятно, чтобы избежать возможных слухов о треснувшем браке и любовнице.
«Я не очень люблю на эту тему общаться. Сделал большое заявление на федеральном канале для того, чтобы эту новость просто обозначить. Считаю, что личная жизнь принадлежит человеку, и только он вправе решать, как ему жить. Дальше он должен соблюдать обязательства — я все это делаю. И дети не должны быть причастны к разводу», — говорит он в программе «Хватит слухов!» на ТВЦ.
У Запашных две дочери: 15-летняя Ева, и Эльза, на три года младше. Старшая все еще не простила отца и не общается с ним. Девушка активно поддерживала мать в истории с разводом.
«Моя мама бросила медицину ради папы и его гастролей. Она гастролировала в каждом городе, помогала в номерах с хищниками, в одной из шоу-программ даже танцевала в балете. Мама не пропустила ни одни гастроли, даже когда была беременна и когда мы были детьми! Упс, несостыковочка», — негодовала она.
А Эльза все-таки контактирует с отцом, хотя мать, намекает артист, была против. «Старшая дочь пока не общается со мной. У младшей тоже был период, когда она со мной не разговаривала. Но она нашла в себе силы всем противостоять. Взрослые на нее давили, но она сказала: „Мне плевать, я люблю своего папу“», — добавил Аскольд.
