Сабина Ахмедова
Сабина рассказала «СтарХиту» про закулисье киноиндустрии, работе над образами и своем отношении к искусственному интеллекту.
— В сериале ты играешь циничного актерского агента, для которого главное — только деньги. Ты встречала таких агентов в индустрии? Или это собирательный образ?
— Настолько циничных, готовых идти по головам, чтобы вредить своему же актеру ради заработка — все-таки нет. Конечно, для агента важно, чтобы артист зарабатывал — это же его хлеб. Но большинство, как мне кажется, еще и болеют за своих артистов, любят их искренне. Особенно если много лет вместе. Актерская профессия — очень зависимая, не только от режиссеров и проектов, но еще и от внутреннего состояния артиста. Чем лучше и уверенней он себя чувствует, чем свободнее он внутри — тем больше у него шансов выделиться, тем более он убедителен. От этого его агент, разумеется, только выигрывает.
— Почему же тогда про них сложился такой стереотип — хваткие, циничные и очень деловые. Очень редко на экране появляются такие герои, как в фильме «Реальная любовь», где показан ужасный рок-музыкант и его менеджер, который терпит все его капризы — такой добрый и теплый толстяк.
— Наверное, потому что деловая хватка и доля цинизма — необходимые качества для того, чтобы выжить в индустрии. Агенты же в основном имеют дело с продюсерами, а те достаточно жесткие люди. Хороший агент умеет отстаивать интересы артиста, бьется за него — бесхарактерным в этой профессии трудно. Мягкий добряк редко добивается своих целей. Тут важен баланс. Актерские агенты — определенный тип личности и склад характера, он должен разбираться и в бизнесе, и в кино, и в людях.
— Как ты работала над своим образом?
— Не могу сказать, что так уж тщательно собирала образ для этой роли. Мы с режиссером предварительно обсудили характер моего персонажа — ему нужна была определенная краска, так как в сценарии уже все было расписано. Образ агента в нем, конечно, несколько утрирован — в ироничном ключе. Например, в сцене, когда моя героиня начинает соблазнять своего актера, только чтобы он не вышел из поезда — это помешало бы ее планам увезти его в Москву. Это, конечно, такие широкие мазки, утрированные.
— Какая черта в актерском агенте для тебя самая важная?
— Смелость, готовность проявлять инициативу. Не надо бояться предлагать артиста на роль, которая, казалось бы, ему не подходит, неожиданна для него. Я очень ценю широту взглядов, способность мыслить вне рамок. Считаю, что агент обязан знать своих артистов, куда им интересно расти, видеть скрытый и нереализованный потенциал, а не стремиться заработать все деньги мира на одном, когда-то выстрелившем, образе. Артист и агент работают вместе, в коллаборации — это важно. Обычно актер знает, к чему идет, у него есть стратегия, которую он выстраивает — и агент его в этом поддерживает.
Актриса часто меняет образы
— Что важнее — умение найти роль или эмоциональная поддержка от агента?
— Лично для меня — это умение найти роль. Потому что эмоционально я могу и сама себя поддержать, у меня есть семья, которая меня направляет и центрирует. Конечно, душевная поддержка от агента не помешает никогда. Но искать и находить интересную работу все-таки первостепенно.
— Были случаи в твоей карьере, когда к тебе приходил сценарий, ты себя в этой роли не видела, но агент убеждал — и в итоге проект выстреливал?
— Да, так было с «Содержанками». Мне прислали пилотную серию, у моей героини там только одна сцена — она выходит и поет, больше ничего. Я подумала, наверное, это какой-то вставной номер, который может исполнить певица — зачем там я? Сказала, что мне неинтересно. Но мой агент настояла — давай все-таки рассмотрим. А потом мы встретились с Константином Юрьевичем Богомоловым, который быстро объяснил мне, что роль будет значимой, будет развиваться. Так в итоге и получилось.
— Как ты считаешь, дружба в работе с агентом — мешает или помогает?
— Думаю, что лучше, когда есть граница и субординация. Потому что ты должен говорить своему агенту все, как есть, без обиняков. А когда это твой друг, ты так или иначе будешь аккуратничать, чтоб не обидеть. Дружба и работа могут вступить в конфликт, который в итоге разрушит и то, и другое. Но, конечно, все зависит от людей и от качества их партнерства. Я прошла через разное, сейчас думаю, что определенная дистанция отношениям актера и агента не повредит.
— В «Реальной любви» герой в итоге говорит, что единственный, кого он по-настоящему любит, это его менеджер.
— У меня не было таких взаимоотношений. Там же речь о музыканте. Не знаю, как в музыкальном мире, но у киноагентов, как правило, много артистов. И никакой профессионал не выдержит, если будет отдаваться каждому своему артисту так, как герой «Реальной любви».
— Чем «Почти настоящий детектив» отличается от других детективных историй?
— Наверное, тем, что это комедийный детектив. Достаточно редкая жанровая комбинация. Он немного буффонный и яркий, там есть гротеск и очень много юмора.
— Ты сама любишь детективы?
— Да, очень люблю! И у меня уже такая насмотренность, что не обмануть. Я быстро понимаю, кто преступник.
— Можешь назвать детективы, которые тебе нравятся?
— Например, «Мэйр из Исттауна». В этом сериале, кстати, было непросто догадаться, кто преступник. Хотя в какой-то момент я поняла, что это ребенок. В детективах всегда есть развешанные ружья, которые рано или поздно выстрелят. Тебе с самого начала на что-то аккуратно намекают, показывают, но так, чтобы ты не обратил на это внимания. Но даже если я догадалась, в чем интрига, это не мешает мне получить удовольствие от просмотра. Я наблюдаю за актерской работой, за тем, как разворачивается сюжет. В общем, я очень люблю детективы. И психологические триллеры, кстати, тоже.
— В жизни тебе приходилось свою детективную проницательность применять — подмечать детали, сопоставлять факты, причины, следствия, видеть, когда человек врет, потому что у него концы с концами не сходятся?
— Профессии актера и детектива в чем-то похожи — и там, и там важно умение наблюдать за жизнью, знать и чувствовать людей. Ты постоянно изучаешь жизнь, а потом подробно разбираешь наблюдения. Все время следишь за поведением людей, за тем, как проявляются их психологические состояния, как они взаимодействуют друг с другом. У меня это почти на автомате происходит. А что касается лжи — да, я достаточно чувствительна к ней. На мой взгляд, это тоже издержки профессии.
— Кого бы ты предпочла сыграть в детективной истории — сыщика, жертву или подозреваемого?
— Подозреваемого. Тут кроется самое интересное. Как правило, у подозреваемого самая объемная, сложная роль. А жертва чаще всего очень быстро покидает сцену.
Сабина часто обращается за помощью к психологу, чтобы подготовиться к роли
— Ты разбираешь свои роли с психологом — почему?
— Мне очень интересно разбирать с профессиональным психологом, как проявляется и ведет себя определенный психотип, видеть и учитывать его поведенческие особенности. Она корректирует несоответствия. Иногда мы вместе можем выйти на какую-то незначительную на первый взгляд деталь, которая в итоге полностью меняет представление о героине.
— С какого момента ты это начала с ней работать?
— Активно — с «Госпожи». Потому что «Госпожа» была достаточно сложная.
— Разбор ролей с психологом — тебе кто-то это подсказал? Ты об этом прочитала или услышала, что так делают западные артисты?
— На Западе есть актерские коучи, это немного другое. Мне приходилось периодически слышать, что кто-то из коллег такое практикует, и я тоже решила попробовать. Мы работаем над психологическими нюансами, над особенностями поведениями в тех или иных ситуациях в зависимости от психотипа, чтобы сделать поведение персонажа последовательным. Актерский коуч с этим не справится. И потом, собирать как можно больше информации из разных источников — это банально интереснее.
— Пользуешься ли ты Chat GPT в процессе работы? Нет ли у тебя опасений, что ИИ заменит актера?
— Нет, не пользуюсь. Мне это вообще не интересно. Определенные индустриальные опасения, конечно, есть. Но лично мне ничто не заменит живого человека.
