«Стараюсь быть примером»: Андрей Мерзликин о воспитании детей, сравнении с Хабенским и зрительской критике

В центре сюжета сериала — мэр Новоправдинска Александр Щупкин. Он привык вершить дела города с помощью цинизма и серых схем. Однако привычный уклад рушится, когда в местную программу приходится внедрить разработку программиста Юры — искусственный интеллект по имени ИИнга. Отправившись на отдых, Щупкин оставляет ИИ вместо себя.

Внезапно виртуальный мэр начинает наводить в городе реальный порядок, а помогает в этом школьная учительница Инга Петровна, которая и подарила цифровому аватару свое лицо. Вернувшись, Александр обнаруживает, что нейросеть вышла из-под контроля и шантажирует его компроматом. Мэру приходится работать в связке с ИИнгой и ее живым прототипом, к которым он постепенно начинает привязываться. Но перемены в Новоправдинске приходятся по вкусу далеко не всем.

Александра Щупкина на экране воплотил Андрей Мерзликин. В интервью актер рассказал о том, какая трансформация ждет его героя, а также поделился мыслями о воспитании детей и будущем поколении актеров.

— Андрей, такие истории, как «ИИнга», хоть и комедийные, но всегда про трансформацию главного героя. Какой путь пройдет ваш мэр Щупкин?

— Да, с помощью драматургии мы показываем, как люди могут поработать над собой. Сейчас век психотерапии, которая призывает к изменению себя. Вот и герои в кино тоже проходят такие трансформации. И я с радостью сыграл Щупкина, ведь при всей комедии положений и функциональных жизненных настроек персонажа, а он хитрец и мошенник, это счастливый человек, который делает жизнь вокруг радостной, смешной, интересной.

— В начале истории его совсем не беспокоит жизнь других, но со временем он начинает задумываться о собственной полезности…

— Да, и это ведь высшая степень счастья, когда ты полезен и жизнь приобретает смысл. Сейчас же модно жить для себя и выбирать себя, что транслируется со всех сторон. Мне это не близко, даже испытываю чувство неловкости, когда слышу такие призывы. Я их не обесцениваю, тоже пытаюсь понять, как можно применить к себе. Но вижу смысл в своем существовании, только когда могу принести пользу. И чем выше ее планка, тем выше ценность жизни.

— В сериале героиня Инга Петровна как раз и помогает вашему персонажу осознать это?

— Да, для него она катализатор. И на протяжении всей истории мы видим, насколько интеллект красит человека, делает его привлекательным, отчасти сексуальным. Ингу Петровну и саму нейросеть играет замечательная Татьяна Бабенкова, и здесь моя прекрасная коллега показывает всю мощь женщины, которая берет в свои руки все, что можно исправить вокруг: начиная со своей жизни, кончая жизнью людей, которые рядом, вплоть до всего региона. И это часть нашей истории мне особенно нравится.

— По сюжету нейросеть управляет целым городом. А вы сами в быту как-то используете искусственный интеллект?

— У меня не завязался роман с искусственным интеллектом, поэтому он всего лишь помогает иногда получить информацию. Это носит скорее развлекательный характер и не заменяет ни одной из сторон моей жизни. Я в целом за полноту жизни, за ее естественность, потому что любая сублимация ведет к иллюзорности. А вот для моих детей-подростков, допустим, нейросети уже стали основой жизни. Когда они готовились к ЕГЭ и ОГЭ, искусственный интеллект был рядом.

— Вы стараетесь быть примером для них?

— Конечно! Но в этом деле что главное? В свое мировоззрение веровать и жить соразмерно ему, не лезть туда, где Бог не видит.

— Вы уже, кажется, прошли такой путь, что ничего не страшно. Тем не менее тревожно ли вам сейчас — в век перемен?

— Считаю, что не надо бояться тревоги. Надо уметь работать с ней, понимать, зачем она, для чего и в чем ее польза. Мир меняется, люди меняются, обстоятельства меняются, и от этого не надо бежать. Все это нужно, чтобы жизнь становилась лучше, чтобы мы развивались. Чем больше прячешься от перемен, тем сильнее будут потрясения. И отчасти наш сериал про это тоже. Для меня в целом очень важно, будь то комедия или драма, хотя бы на секунду дотронуться до душевных струн зрителей. И такая приятная ответственность мне нравится.

— Вы набрали курс во ВГИКе по этой причине — расширить ответственность, передать знания и опыт?

— Я просто решил попробовать себя и в этом направлении. Хоть и испытываю все тревоги и страхи, свойственные обычному человеку, но это не мешает принятому решению и готовности брать на себя ответственность. Я вижу в этом не просто удовлетворение, а ценность своего существования. Тем более я пришел в свою альма-матер, поэтому отчасти для меня это возвращение в родные стены, которые греют.

— И как вам поколение будущих актеров?

— Интересное. Эти люди готовы трясти конструкцию и, кстати, читают лучше нас в свое время. Мы же были стеснительные, зажатые, деревянные. Сейчас ребята органичные, эмоционально раскрепощенные, у них нет барьеров.

— Как в целом понять, что это твой путь и туда нужно идти?

— Просто не надо лелеять мечту. Выбрал путь, начни что-нибудь делать, проживай этот опыт. Есть замечательная сцена в фильме «Пролетая над гнездом кукушки», когда герой Джека Николсона знает, что не может передвинуть тяжелую раковину, чтобы сбежать из психиатрической клиники, но все равно пытается. И тогда он говорит гениальную фразу: «Я хотя бы попробовал». Это меня однажды перевернуло: я понял, что больше никогда не буду бояться делать что-то новое. Хочешь в хоккей играть — надевай коньки. Не понравилось — ничего, можешь оставить и выбрать другое.

— А как же мнения коллег, близких, зрителей? Не переживаете, что осудят за попытку?

— По поводу зрителей раньше переживал. Но все наши волнения из области желаемого. Конечно, хочется услышать положительную оценку своего труда. Но, допустим, произошел момент, где ты высоко себя оценил, а никто ничего не сказал, и мамы не оказалось рядом, чтобы погладить по головке. Тогда ты продолжаешь работать, а похвала придет неожиданно, и это будет очень ценно и приятно.

— Что вы сами цените в коллегах?

— Мне нравится, когда человек и его выбор сильнее, чем профессия и те роли, которые ему даются. Иногда ведь бывает глубина личности мощнее, чем тот материал, который он играет. Тому пример Константина Юрьевича Хабенского: когда роли уже обогащены широтой его личности и опыта.

— А вы себя в будущем представляете в должности худрука, как Константин Юрьевич?

— В этом случае придется положить на алтарь все, что мне очень нравится, в том числе актерство, а я еще планирую поиграть много всего. Самой ответственности я не боюсь, но всему свое время, хочется быть готовым. Это же испытание на прочность и тяжелейшая ответственность перед театром как таковым, перед культурой, современниками, теми, кто был, и теми, кто будет после меня. Плюс ко всему нужно дополнительное образование. И в случае если такая возможность откроется, в первую очередь попрошу время на подготовку, потому что мне понадобится серьезное форматирование: «флешку» почистить и заново записать.