Сэм Долматов и Айза-Лилуна Ай
Сэм вместе с мамой дал интервью, в котором рассказал о спартанских условиях на проекте и людях, за которых теперь болеет. Айза, в свою очередь, призналась, как переживала за сына и что особенно ее порадовало в его поведении на экстремальном шоу.
— Айза, волновалась за Сэма, когда он отправился на проект?
Айза: Конечно, как мать, как тревожный человек, я сильно переживала за Сэма. Естественно, ему вида не подавала — как я могла это сделать? Связи у нас не было, я могла только в одностороннем порядке принимать от него кругляшки, но сама с ним говорить не могла. И через администратора, который следил за Сэмом, я передавала, что мы очень им гордимся. Это приятная сепарация, которая пошла нам всем на пользу. Наши отношения стали гораздо крепче, он стал больше понимать меня, а я стала меньше переживать за него.
— Что было страшнее всего для тебя как для мамы: неизвестность, тяжелые испытания или то, что рядом с сыном не будет семьи?
Айза: Если честно, из всего того, что вы перечислили, мне не было страшно ни за что — ни за неизвестность, ни за тяжелые испытания. Потому что я знаю, как Сэм любит экстрим, что для него чем больше испытаний, тем лучше. Очень переживала за голод, потому что у нас с Сэмом какая-то особенность: мы очень быстро теряем вес. И я знаю, как для Сэма важен его вес, как сильно он переживает и следит за своим питанием, ест определенное количество белка и углеводов, чтобы не худеть. Переживала лишь за это, потому что он очень сильно привязан к еде. А все остальное — нет, честно, не переживала.
— Сэм очень скучал по дому. Когда смотрела выпуски, чувствовала, через что ему приходится проходить?
Айза: Я очень чувствовала, что Сэм скучает. У нас с ним крепкая связь. Мы, как мама и сын, друг к другу привязаны. Нам важно вовремя расцепиться, но эта связь все равно есть. И, конечно, я понимала, что он по мне скучал. Когда он ушел из шоу, позвонил мне и сказал фразу, которую помню до сих пор. Даже интонацию. Он сказал, что никогда так по мне не скучал, как сейчас.
Я видела, как ему тяжело. Видела, как ему страшно, когда происходят конфликты — он их очень не любит. Видела, как ему показалось, что он предал ребят, оставшись на шоу. А потом, когда покинул «Логово» — там внутри шла борьба. Он хотел уйти, но понимал: нужно еще чуть-чуть постараться. Эта борьба и привела к той ситуации. Он подумал, что предатель. И, конечно, хотел домой. Туда, где его любят, ждут и поймут.
Мама Айза, отчим Степан и брат Элвис во всем поддерживают 16-летнего Сэма
— Был момент, когда тебе хотелось сказать: «Поскорее бы Сэм покинул проект!»
Айза: Про себя я постоянно проговаривала: скорее бы Сэм покинул проект. Но вслух, естественно, не обсуждали. Я понимала, что это безопасный лагерь. И он ему необходим как мужчине. Сэм никогда раньше не был в лагере. Это была его первая поездка в пансионат, где дети сами ухаживают за собой. Да, такие мысли были. Но я все равно хотела, чтобы он сепарировался. И я — вместе с ним.
— Как отреагировала, когда узнала, что Сэм уезжает домой?
Айза: Немного расстроилась. Думаю: что ж ты не поборолся? Что ж ты дал заднюю? Потому что что я, что он — при первом же конфликте, при первых разборках такие: я в домик, я в домик.
Как мать — обрадовалась, конечно. А как человек, который со стороны смотрит, как взрослеет мужчина — хотелось бы, чтобы еще поборолся.
— Ты ожидала, что он продержится дольше? Думала, дойдет до финала?
Айза: Да, честно ожидала, что продержится дольше. Но, естественно, не осуждаю. Для 16-летнего парня и три серии — это уже сложно, уже долго. Я знала, как он переживает из-за веса, из-за того, что худеет. Поэтому нормально, нормально. Но я знаю: он способен был проявить себя в испытаниях. Дойти до финала.
— Сэм, не жалеешь сейчас, что так рано покинул шоу?
Сэм: На самом деле, сейчас, когда я увидел, что на шоу был Пальто из «Слова пацана», то есть Леон Кемстач, я немного расстроился, что не застал его. Если в следующий раз появится такая возможность, я обязательно останусь до самого конца.
— Переживал, что родители будут расстроены твоим решением уйти?
Сэм: Нет, вообще не переживал. У меня самые адекватные родители на свете, и они поддержат любое мое решение.
— Ты говорил, что пришел на «Выживалити. Наследники» прежде всего повеселиться. Удалось?
Сэм: Да, повеселиться мне удалось. Но самые веселые моменты, мне кажется, были не в кадре, потому что в кадре все были слишком серьезные, кроме меня. Поэтому, наверное, больше всего мне запомнилось просто общение с ребятами в лагере.
— Айза, а как ты думаешь, оправдались ли ожидания Сэма?
Айза: Уверена, Сэм получил то, что ждал. Точно повеселился. Точно понял, что такое работа на реалити. Большой труд и участников, и тех, кто за кадром. Он прочувствовал все максимально. Получил большой опыт — это главное.
Сын Айзы и Гуфа достойно проходил даже самые сложные испытания
— Айза, ты говорила, что доверяешь Сэму больше, чем себе. Откуда у тебя такое доверие к сыну?
Айза: Я действительно доверяю Сэму больше, чем себе. Мы очень по-разному смотрим на вещи: я больше человек эмоций, а он — рациональный и умеет спокойно анализировать ситуацию и просчитывать свои шаги. У меня первая реакция — это волнение, всплеск эмоций, а Сэмик может остановиться, сесть, все обдумать и только потом принять решение. Поэтому я понимаю, что во многих ситуациях его подход гораздо эффективнее моего. Наверное, именно поэтому я и доверяю ему так сильно — я знаю, что там, где мной могут двигать эмоции, он сможет сохранить холодную голову.
— Открылся ли Сэм для тебя на проекте с неожиданной стороны?
Айза: Пожалуй, да. Дома я воспринимаю его как обычного подростка: он может быть недовольным, мы можем поспорить, а здесь я увидела совсем другого Сэма — веселого, легкого, очень неконфликтного. Мне особенно понравилось, что он сам избегал конфликтов и действительно искренне интересовался людьми, которые его окружали.
Потом я даже обсуждала его с друзьями, и они все говорили примерно одно: Сэм — настоящий рубаха-парень, за мир, добро и жвачку, главное — сильно к нему не лезть. Я, кстати, переживала, как он вообще справится с постоянным нахождением в компании, потому что ему очень важно иногда побыть одному. Но, как оказалось, он прекрасно смог адаптироваться.
— Как вы поговорили после его возвращения домой? Он первым делом рассказывал о приключениях или просто обнимал всех?
Айза: Ой, конечно, сначала мы просто обнимались и радовались, что наконец его видим. А потом он начал рассказывать про испытания — они его особенно впечатлили. Он мне говорит: «Мам, а вот это, вот то…» И я понимаю, что все это ему безумно понравилось. Хотя как раз вся эта экстремальная история, силовые испытания и приключения — совершенно не мое. А Сэм, наоборот, от этого в восторге. Поэтому первым делом он рассказывал именно про испытания — видно было, что они его очень зацепили.
— Не хотелось ли тебе после проекта немного отчитать сына за какие-то его решения?
Айза: Нет, ругать мне его точно не хотелось — наоборот, я им гордилась. Я его похвалила за то, что он заступался за Уму Кристовскую и Лизу Бойку и не стал вступать в коалицию против них. Я сама знаю, каково это — быть на реалити и чувствовать себя изгоем, поэтому для меня очень важно не поддерживать такие истории, когда кого-то начинают коллективно выдавливать из компании. В этом смысле Сэм действительно молодец: он остался при своем мнении и не пошел за большинством.
— Сэм, когда ты понял, что находиться на острове гораздо сложнее, чем казалось в начале?
Сэм: Я бы не сказал, что находиться там намного сложнее, чем я ожидал. Я думал, что будет шик, а оказалось просто нормально. Наверное, понял я это в первую ночь, когда стало ясно, что никакой роскоши не будет, ничего особенного не будет — просто такой вот миленький лагерь.
Сэм сел на клетку, чтобы укрыть Уму Кристовскую от палящего солнца
— Айза, как Гуф отнесся к участию Сэма в шоу? Вы делились друг с другом переживаниями?
Айза: Ой, сначала папа отреагировал примерно так же, как и я: «Нет, нафиг надо? Зачем ему это?» А потом, наверное, через неделю мы оба подумали: «А может, ему это действительно будет полезно?» И, конечно, когда он уехал, папа очень переживал. Звонил, писал администраторам, постоянно интересовался, как там Сэм. Мне кажется, он даже волновался больше меня.
— Сэм, на проекте ты оказался в ситуации, когда рядом не было родителей и привычной поддержки. Это помогло тебе почувствовать себя самостоятельнее?
Сэм: Да нет, мне кажется, я и так достаточно самостоятельный.
— Было ли ощущение, что тебе нужно что-то доказать зрителям именно из-за твоей фамилии?
Сэм: Вообще нет. Я на шоу был таким, какой я есть.
— Айза, тебе сложно отпускать сына во взрослую жизнь и позволять самому принимать какие-то решения?
Айза: Конечно, сложно. Сложно отпускать и даже осознавать, что твой мальчик уже вырос. Я учусь отпускать, и он учится быть самостоятельным — это неизбежный процесс. В конце концов, я родила его для того, чтобы любить, а не для того, чтобы держать рядом.
Сэм очень самостоятельный парень, и я знаю, что семья для него — очень важная часть жизни. Поэтому, где бы он ни был и чем бы ни занимался, я думаю, что он все равно будет где-то рядом с нами, даже если физически далеко.
— Что Сэм сделал на проекте такого, что особенно тебя порадовало?
Айза: Я очень горжусь своими детьми — и Сэмом, конечно, тоже. Но на шоу меня особенно порадовало то, что он не стал воевать против девочек и не пошел за большинством. Он смог найти общий язык и с Лизой, и с Умой, и с другими ребятами. Для меня, как для мамы, и человека, который выступает за права женщин, было очень приятно это видеть. Я особенно им горжусь за это. Ну и, конечно, за его стремление, за его мечты и за то, какой он у меня умный, головастый мальчик.
— Сэм, если бы тебе снова предложили поехать на необитаемый остров, чтобы проверить себя, согласился бы? Или одного раза хватило?
Сэм: Я очень хочу снова отправиться на какой-нибудь необитаемый остров и поучаствовать в каком-нибудь реалити-шоу. Только в этот раз я уже чувствую себя намного увереннее и готов остаться до самого финала.
— Айза, а ты что скажешь: отпустишь или будешь против?
Айза: Смотря какое реалити — реалити реалити рознь. В «Выживалити. Наследники. Битва сезонов, например, я бы его отпустила снова — там все-таки дети и подростки, и я понимаю, в каких условиях он будет находиться. А вот пустить его в какое-нибудь взрослое реалити, где вокруг будут опытные игроки и совсем другой уровень психологического давления, я, скорее всего, побоюсь. Я переживаю за его психику — она все-таки еще подростковая и достаточно хрупкая. Поэтому здесь для меня все зависит от конкретного проекта.
Сэм увлекается серфингом и с детства интересуется физикой и математикой
— Сэм, с кем из ребят общаешься после ухода? Кого видишь в финале?
Сэм: Сейчас хорошо общаюсь с Сашей Буйновым. Ни на кого обид у меня нет. Я всех ребят люблю, все молодцы. А до финала, мне кажется, дойдут Саша, Гриша Свиридов и Мартин Авербух.
— Айза, а ты продолжаешь смотреть шоу? Есть там любимчики?
Айза: Конечно, продолжаю смотреть. Я уже жду пятницу. Мой главный любимчик — Саша Буйнов. Он потрясающе глубокий парень, и я знаю, как он поддержал Сэма и как они нашли общий язык. Но даже если бы я этого не знала, он все равно мне очень импонировал бы: приятный, воспитанный, умный, самобытный человек, за которым интересно наблюдать.
Мне еще очень нравится Ума. Я восхищаюсь тем, как она не боится говорить то, что думает. Она вообще как будто из какого-то голливудского фильма — за ней невозможно не наблюдать. Но на самом деле мне нравятся все ребята: и Марта Борщева, и Мартин Авербух, и остальные. Мне кажется, их очень классно подобрали. Но если выбирать одного любимчика — это Саша Буйнов.
— Чье поведение на проекте тебе кажется слишком грубым?
Айза: Я не могу сказать, что чье-то поведение показалось мне особенно грубым. Я достаточно хорошо знаю реалити — много смотрела и сама участвовала, поэтому понимаю: каждый игрок здесь необходим. Если собрать 15 человек с одинаковым характером, это будет просто скучное шоу. Я даже Сэму говорю: «Представь, если бы здесь все были такими, как ты. Что это будет за реалити?»
Поэтому мне, наоборот, интересны разные психотипы. И Лиза, и Ума очень органично смотрятся в этом проекте. Тем более для меня это все-таки дети, поэтому я не хочу навешивать на кого-то ярлык «грубый». Мне интересно наблюдать за каждым из них.
— Какие советы стараешься давать детям, чтобы они не совершали серьезных ошибок в будущем?
Айза: На самом деле наша жизнь состоит из постоянных разговоров. Возникают какие-то ситуации, я вспоминаю свои ошибки — молодости и не только, — мы их вместе разбираем. Наверное, самое главное, что я хочу пожелать детям, — не идти за толпой, следовать своей мечте и, если она никому не вредит, идти до конца. Не надо идти по головам, это тоже того не стоит. А если речь о каких-то знаниях, то, как бы банально это ни звучало, единственный, кого ты должен победить, — это себя вчерашнего.
И еще я всегда говорю детям, почему важно не мыслить узко. Я за свою жизнь встречала много узкомыслящих людей. Важно видеть картину целиком, принимать разные точки зрения. Не обязательно с ними соглашаться, но нужно позволять им быть. Смотреть на этот мир шире.
Саша Буйнов — первый, кто стал общаться с Сэмом на равных
По мнению Сэма, в финале окажется именно эта тройка — Саша Буйнов, Мартин Авербух и Гриша Свиридов
— Чему ты учишься у своих детей? Как изменились твои взгляды на жизнь за последние годы? Стал ли брак со Степаном частью этих перемен?
Айза: Я многому учусь у детей, и, к счастью, с возрастом стала это замечать. А появление Степана в нашей жизни помогло мне по-другому посмотреть на воспитание и вообще на устройство нашей семьи. Я довольно долго была человеком, которому было сложно устанавливать границы. Иногда я пыталась больше дружить с детьми, чем быть для них родителем, мне было сложно быть строгой и последовательно соблюдать какие-то правила.
С появлением Степана в нашей жизни появилась дисциплина и определенная структура быта. Появились правила, которых мы придерживаемся все вместе. И мои желания, убеждения и представления о семье наконец обрели более четкую форму. Поэтому Степан действительно стал большой частью этих перемен, и я ему за это очень благодарна. Ну и, конечно, многому продолжаю учиться у самих детей.
— Какие у вас планы на ближайшее время?
Айза: У Сэма сейчас довольно серьезные планы. Недавно он начал заниматься с агентством, которое помогает школьникам поступать в ведущие зарубежные вузы, в том числе в университеты Лиги плюща. У него пока несколько направлений, которые ему интересны: физика, астрофизика, инженерия. Астрофизика, кажется, сейчас привлекает его больше всего.
В ближайшие три года он будет готовиться к поступлению в один из топовых вузов мира. А мои планы гораздо проще: растить детей, любить своих собак, быть счастливой со своим мужем и просто наслаждаться жизнью. Вот такие у меня планы.
