Мария рассказывала, что бывший муж — бизнесмен Андрей Сорока — обещал забрать у нее сына. Боясь приступов агрессии отца ребенка, артистка не разрешала ему видеться с сыном. Мужчина первым обратился в суд, чтобы ему разрешили встречи с наследником. После этого Миронова подала встречный иск, но уже по алиментам. И сегодня ей удалось взыскать с экс-супруга выплаты.
«Сегодня мы выиграли суд, представив все доказательства! Спасибо огромное всем, кто меня поддерживал, тысячам женщин, писавшим мне, которые оказались в подобной ситуации! Спасибо Шоте Горгадзе за силу и мощь!
Пройдя эту непростую ситуацию в жизни, я еще раз убедилась, что в нашей жизни существует маленький, но очень важный секрет: когда в твоей жизни есть только один сценарий, ты правдив и веришь в него до конца, готов пройти все, что тебе уготовано, с принятием и огромным внутренним трудом — ты победишь! Без сомнений. И это закон. Идем дальше, радуемся жизни, выигрываем турниры, трудимся и помним одну маленькую тайну! С любовью и благодарностью», — написала актриса.
Ранее Мария отмечала, что Андрей выдвигал странные требования по поводу встреч с ребенком. «И той стороной в требованиях и пожеланиях вообще не учитывается график сына. Если мы пойдем господину отцу навстречу, то должны будем перечеркнуть все Федины спортивные интересы, а также учебу в школе.
Хотят увозить его из дома, а живем мы в Московской области, в 40 километрах от города. Даже поездка в Москву — это два часа дороги по пробкам в один конец. При этом совершенно не представляется возможным выстраивать какую-то его школьную, я уже не говорю спортивную, жизнь, так как он каждый день после школы на тренировках, а дальше — ужин и кровать. И это Федин выбор. Это пацан, который ведет меня за руку с четырех с половиной лет. А я просто иду за ним», — поражалась она.
Артистка вспоминала, что в ее семье было совершенно другое отношение папы к дочери. «Для меня это какой-то страшный сон и абсурд. В моей семье всегда была культура взаимоотношений. Мой отец, звезда номер один в стране, всегда просил маму — заметьте, просил — мол, Катя, можно я отведу Машу в цирк? Он очень любил цирк. Спрашивал, когда удобно, учитывал мои интересы, время моей мамы и, конечно же, всегда нам помогал. И никогда не требовал, чтобы моя жизнь подстраивалась под него. Хотя, как безумно востребованный и занятой человек, имел на это право», — подчеркивала Мария.
