Играл медведей и пил водку. Как Борис Каморзин преодолел кризис, нашел жену и стал Махалычем из «Ликвидации»

Борис Каморзин появился на свет в Брянске в семье артиста и худрука местного театра. С детства он выступал на капустниках и мечтал стать пианистом. С 14 юноша жил отдельно от родителей в Москве, куда его пригласили учиться в школу для одаренных детей при консерватории. Правда, в интернате оказалось больше мажоров, чем гениев, и царила жуткая дедовщина.

«В какой-то момент заступилась мама: специально приехала и поговорила с моим главным обидчиком. Так тонко выстроила разговор, что хулиган с тех пор стал меня защищать! Вскоре я вообще вошел в круг уважаемых жильцов интерната. Но занятия отошли на второй план: стал прогуливать — сбегал с уроков и бродил по Москве, играл в футбол с одноклассниками, вино начали пить грузинское… В последний месяц перед экзаменами садился за рояль, все выучивал», — признавался артист.

После учебы Каморзин ушел в армию — попал в ракетные войска в Беларуси, где играл в оркестре. Вернувшись домой, артист засомневался в своем призвании. Определиться с профессией ему помогли воспоминания о закулисном детстве: все, происходящее на сцене, казалось ребенку магией. В итоге вместе с мамой Борис подготовился к поступлению в «Щуку» и успешно влился в ряды студентов прославленного вуза. Почему же успех настиг актера не сразу? 10 ноября Борису Каморзину исполняется 59, и мы вспоминаем его биографию.

Попытки пробиться

В Щукинском училище артисту пришлось несладко: место в общежитии ему выделили лишь на третьем курсе, а до этого Борис ютился у друзей, ночевал в самом вузе или во Дворце пионеров, где его приятель работал сторожем.

На первых курсах Каморзин был студентом своенравным, поэтому оказался на грани отчисления. Благо, на третий год обучения парень раскрылся: набрать актерский багаж ему помогли любовные страдания. С первой пассией артист расстался вскоре после армии — девушка ждала Бориса, но обзавелась вторым ухажером, угрожавшим наложить на себя руки, если красавица не выберет его. Наш герой отошел в сторону, не желая становиться лишь одним из двух кавалеров.

Уже в стенах «Щуки» артист встретил работавшую в стенах вуза девушку и даже поселился в доме ее родителей. «Девушка собиралась поступать в консерваторию, а все силы уходили на меня: требовал внимания, мы постоянно ссорились… Типичный юношеский максимализм — я ее очень любил. Даже подали заявление в ЗАГС, но сразу после этого будущая теща выгнала меня из дома. Как потом понял, ее план был — заполучить дефицитное постельное белье из магазина для новобрачных, которое отпускали только по справке из загса…» — делился актер причиной своих страданий.

Окончив вуз, Каморзин устроился в Московский ТЮЗ, где играл медведей, лягушек, зайцев и прочую живность. Зарабатывал артист мало, гораздо больше выручало аккомпанирование на фортепиано в ресторане по вечерам.

Никаких перспектив не виделось, актер даже думал бросить профессию и вернуться в Брянск, но это означало бы признать полное поражение. Когда его позвали в Театр Вахтангова, в сердце Каморзина затеплилась надежда, но долго он там не продержался: раздражал маститых коллег глупыми историями, попадал в нелепые ситуации, ну а увольнение заработал, когда, узнав о смерти отца, выпил накануне спектакля «Принцесса Турандот» и не явился на представление.

Каморзин попросился обратно в МТЮЗ, и ему не отказали. Вот только роли медведей вгоняли артиста во все большее уныние, и он взял привычку выпивать в гримерке после спектаклей, а потом и до… «Причем никогда не был алкоголиком, сейчас мне это вообще не нужно, — оправдывался Борис Борисович. — Понимаю, как это неправильно и ужасно, призываю начинающих актеров так не делать. Меня сразу выгнали. Потом было еще несколько театров: „Театр.doc“, „Практика“, Таганка, разные антрепризы… Но по-настоящему нашел себя в профессии, только когда пришел в кино».

Семья

Справиться с унынием Борису Каморзину встреча с будущей женой: Светлана работала в театре администратором. Артист не был свободен, но устоять перед девушкой не смог. «Я тогда жил с другой женщиной где-то два года.

У нее был сын, и я чувствовал, как она ждет от меня предложения. Кажется, я даже его сделал, но, встретив Свету, понял, что мне нужно на самом деле», — делился актер в программе «Судьба человека» канала «Россия 1».

В 28 Каморзин стал отцом: сына он тоже назвал Борисом — в честь отца, скончавшегося годом ранее. «Борис мне доверял, мы всегда были друзьями. Я пытался заинтересовать его своей профессией: водил на кастинги, пробы. Но в какой-то момент сын сказал: „Пап, не хочу“. У него абсолютно другой склад мозгов: окончил химический факультет МГУ, сейчас — аспирант Сколтеха», — с гордостью рассказывал артист о наследнике в 2021-м.

Взлет карьеры

Постепенно карьера Бориса Борисовича пошла в гору: первую эпизодическую роль он сыграл у Николая Досталя в фильме «Облако-рай». В конце 90-х Егор Кончаловский позвал актера в «Затворника» и остался доволен его работой.

Позднее артист сыграл в сериалах «Что сказал покойник» и «На углу, у Патриарших», ну а узнавать на улицах его стали после образа бандита Лакировщика из «Антикиллера». Сам Каморзин отмечал, что по-настоящему его кинокарьера началась с «Долгого прощания», снятого по повести Юрия Трифонова. Сергей Урсуляк увидел актера в антрепризе «Машенька» по Набокову и утвердил его без проб — за роль драматурга Борис Борисович получил своего первого «Белого слона».

Широкая известность накрыла артиста после сериала «Ликвидация», где он перевоплотился в майора Махал Махалыча. «Вспоминаю те съемки как невероятно счастливое время: после работы купаешься в море, иногда ночью… В Одессе тогда нас любили: люди приходили на площадку, приносили сало, компоты. Актеров и так хорошо кормили, но не отказывать же поклонникам — забирали подарки в гостиницу, где все прекрасно елось и пилось. Кстати, мой персонаж тоже постоянно хомячит в кадре: то помидорку, то шматок сала, то яйцо», — отмечал актер.

Казалось, с годами количество предложений только увеличивалось: актер засветился в проектах «Исаев», «Братаны», «Громозека», сыграл Фрола Козлова в сериале «Фурцева», информатора в «Балаболе», следователя в «Нюхаче».

Чаще всего Борису Каморзину предлагали образы полицейских, военных, чиновников. При этом в ленте «Главный» он перевоплотился в Никиту Хрущева, в фильме «Монах и бес» стал настоятелем монастыря, ну а в «Ланцете» — главврачом. Только за последние пять лет артист засветился в целом ряде нашумевших проектов: в «Угрюм-реке» исполнил роль отца Ипата, в комедии «Полярный» сыграл Немоляева, в «Ивановы-Ивановы» — главу администрации, ну а в «Фишер. Затмение» — генерального прокурора.

Мечта актера исполнилась, ведь он покорил сцену, и нет сомнений, что папа бы им очень гордился. «Я не герой-любовник: внешностью пошел не в отца — настоящего красавца, а в маму — тоже приятной наружности, но не такой блистательной, как у папы, — рассуждал Борис Каморзин. — Возможно, характерному актеру это только на руку: у меня по 15 ролей в год — и все разные».