Нина Бродская появилась на свет в Москве в еврейской семье. Александр Бродский был барабанщиком в Московском объединении музыкальных ансамблей, и его талант передался дочке по наследству: в три года малышка мурлыкала гимн СССР, не ошибаясь ни в одной ноте.
В доме стояло старое пианино, и папа научил Нину подбирать ноты и исполнять вторым голосом любую песню. В семь девочку привели на прослушивание, где она поразила комиссию идеальным повторением сыгранных педагогом аккордов. Председатель посоветовал отдать ребенка в учреждение для талантливых детей, но так как возить туда Бродскую было некому, — отец ездил на гастроли, а мама заботилась еще и о сыне Леониде — юную вокалистку определили в районную музыкальную школу.
За семь лет обучения игре на фортепиано у Нины сменилось шесть педагогов: одни вдохновляли ее, другие — напрочь отбивали желание заниматься. К счастью, к выпускному году появилась преподавательница-камерная певица, отличавшаяся добротой и терпеливостью, поэтому ученица получила твердую пятерку по специальности. Когда же началась ее певческая карьера и почему она едва не прервалась? 11 декабря Нине Бродской исполняется 78, и мы рассказываем о поворотах ее судьбы.
Первые успехи
Выступать как певица под аккомпанемент фортепиано Нина начала еще в юности на вечерах самодеятельности. Летом, отдыхая с родителями в Сочи, Бродская собирала овации, исполняя на пляже гостиницы композицию «Тум-балалайка».
В один из дней отпуска артист тбилисского оперного театра привел 16-летнюю девушку показаться Эдди Рознеру. Исполнение Нины музыканту понравилось, и он предложил Александру Бродскому отпустить дочку с ним на гастроли в Севастополь. Папа не хотел отрывать наследницу от музучилища, поэтому вопрос отложился. В итоге в Москве дядя пианистки напомнил Рознеру о талантливой племяннице и после дополнительного прослушивания ей доверили три песни.
На дебютном концерте в Ереване девушка так испугалась, что отказалась выходить на сцену. Кто-то из музыкантов просто вытолкнул ее из-за кулис к микрофону, так что ничего не оставалось, кроме как петь. Выступление прошло успешно, ведь наутро даже газетчики насвистывали «Тум-балалайку», развозя на велосипедах газеты. Недовольной осталась лишь солистка оркестра Лариса Мондрус: юную конкурентку она откровенно называла толстой, кривой и страшной.
После одного из концертов Эдди Рознер отправил Нину к композитору Яну Френкелю, и тот вручил девушке ноты «Любовь — кольцо». Поначалу песня артистку не впечатлила, но в итоге она записала ее с оркестром, и хит вошел в фильм «Женщины».
Песня зазвучала из всех форточек, вот только на «Мелодии» ее записала не Нина, а предприимчивая Раиса Неменова. «Правда, продавщицы пластинок из Марьинского универмага жаловались, что ежедневно выслушивают рекламации покупателей: „Безобразие! Приобрели пластинку, а на ней не та певица, которая исполняет песню в фильме, верните деньги“», — делилась Бродская.
Артистка жаждала обновления репертуара, поэтому сотрудничала с Френкелем, а от Эдди Рознера спустя полтора года ушла. «С Оскаром Фельцманом записала симпатичную песенку „Письмо без адреса“ на слова Игоря Шаферана, „Одна снежинка еще не снег…“ на слова Леонида Дербенева — с Эдуардом Колмановским, стихи Михаила Танича „Ты прости, дорогой человечек, если я тебя вовсе не встречу…“ сделали песню хитом передачи „С добрым утром!“. Однажды завели в комнату и показали мешок адресованных мне писем», — вспоминала звезда.
Звездный путь Нины Бродской
Вместе с Юрием Саульским певица записала концертную версию «Шербурских зонтиков», а через год конферансье Борис Брунов позвал ее на гастроли с бригадой артистов. Первые проблемы начались, когда Рознер позвал артистку в Одессу, где ранее ее тепло принимали с еврейскими песнями.
Подводить Брунова вокалистка не хотела, поэтому отказала Эдди. Тогда директор музыканта сам уладил вопрос с Минкультом, договорившись об отправке Нины в Одессу с оркестром. Конферансье обиделся, заключив, что Бродская его кинула, ну а Рознер рассвирепел, когда артистка, которой он дал старт в творчестве, сперва едва не сорвала гастроли, а потом перетянула на себя все внимание зала.
Прямо во время концерта Рознер и Бродская рассорились, а по возвращении в Москву певица узнала, что Брунов теперь сотрудничает с Неменовой. Однако был у той поездки и жирный плюс — тромбонист Владимир Богданов признался Нине в любви. За девушкой ухаживал также руководитель оркестра, но после скандального выступления именно Владимир сумел утешить артистку. Они гуляли под дождем, и присев на ступеньках Дворца бракосочетаний, вокалистка сама спросила, не хочет ли Богданов на ней жениться.
Разумеется, красавец-музыкант ответил утвердительно. В дальнейшем Бродскую позвали в ВИА «Веселые ребята», и когда коллективу понадобился тромбонист, она порекомендовала мужа.
Уже работая с Олегом Лундстремом, супруги решились на рождение ребенка, не побоявшись, что это повредит карьере. И действительно: уже после появления на свет Максима Нина записала одну из самых известных советских песен — «Звенит январская вьюга» украсила комедию «Иван Васильевич меняет профессию». Также голос артистки звучал в фильмах «Приключения Буратино», «Это мы не проходили», «Мартин Иден». Почему же востребованная певица уехала из страны?
Эмиграция
Когда Нину Бродскую стали выпускать за рубеж, она с успехом выступала в Болгарии, Венгрии и Германии. При этом на международный фестиваль песни в Ростоке ее не пустили по распоряжению ЦК, а с первого тура Всероссийского конкурса артистов эстрады сняли из-за лживых слухов о намерении перебраться в Израиль.
«Я не собиралась, хотя многим в ту пору присылали вызовы, — поясняла Бродская. — С приходом на пост главы Гостелерадио Сергея Лапина начиная с 1971 года для меня закрылись все эфиры радио и телевидения. В общем, накопилось. Сказала Володе: „Передо мной закрылись все двери, а у нас растет сын. Ты можешь оставаться, я заберу Максима и уеду“. Муж не мог такого допустить».
О «черном списке» Лапина ходили легенды: поговаривали, что он недолюбливал евреев, да и в целом имел собственные представления о том, как должна выглядеть советская эстрада. Кислород чиновник перекрыл Вадиму Мулерману и его жене Веронике Кругловой, а также носившей мини-юбки Ларисе Мондрус. С последней Нину объединяло не только это обстоятельство и столкновение в грим-уборной по молодости: Мондрус симпатизировала Богданову и не скрывала негатива, узнав, что тот женился на «некрасивой» Бродской.
Но вернемся к Нине: вместе с мужем и сыном она отправилась в Нью-Йорк, где уже поселились композитор Анатолий Днепров, концертный администратор Павел Леонидов и Эмиль Горовец. Вместе с Днепровым супруги нашли квартиру в Бруклине, которую арендовали на годы.
С работой было непросто: Владимир Богданов устроился работать в такси, а Нина три года гастролировала с концертами, куда приходило все меньше людей. Тогда она стала писать собственные песни — как на русском, так и на английском языках. Уже в 90-х артистка начала летать в Россию, где ее тепло принимали зрители. Также она издавала диски и выпустила три книги, основанных на воспоминаниях о коллегах по цеху.
Бродской удалось воссоединиться с родителями, перевезя их в США. Папа певицы скончался в 2006-м, а мама — в 2016-м. Артистка уверена, что близкие следят за ней с небес, ведь после тревожного сна о них у Владимира случился микроинсульт. К счастью, удалось избежать тяжелых последствий недуга, хотя речь мужа не восстановилась полностью.
