Сейчас девочка находится в приемной семье, и Бурнашкиным ее не отдают. О ходе дела подробно рассказала адвокат Виктория Елисеева.
«Если бы мы знали, как дела у ребенка… Нам никто не рассказывает, не показывает. Ни бабушке, ни дедушке, все скрывают. Бабушка подавала на опеку — ей отказали формальной отпиской. У дедушки то же самое. Мы подали иск на общение с ребенком бабушки с дедушкой. Чтобы, пока опека будет устанавливаться, пока идут процессы, хотя бы видеться с ребенком», — отметила она в беседе с MSK1.RU.
Юрист поведала, как тяжело сейчас приходится Кате. «Екатерина очень тяжело все это переживает. Уже столько времени прошло… Она говорит, ей постоянно снится ее дочка. Еще со времен Турции. Бабушка с дедушкой тоже тяжело переживают. Бабушка вообще не может понять, что все это очень сложно. Она уверена: „Должны отдать, ну как внучку могут не отдать?“ И она думает, что это произойдет прямо завтра. Хотя это маловероятно. Но всей семьей за это дело переживают очень сильно», — добавила правозащитница.
По словам Елисеевой, органы опеки настроены против Кати и ее родных, поэтому всячески затягивают процесс, а драгоценное время идет — малышка растет.
«Мы подаем все иски достаточно оперативно, но опека специально затягивает с ответами, с отказами. Когда мы говорили о том, что нужно подать на опеку основную, нам писали, что не хватает такой-то бумажки и такой-то бумажки, хотя всего хватает. Мы подавали руки в руки, под запись, через „Госуслуги“ прикрепляли.
В итоге добились хотя бы принятия заявления, после чего они нам дали отказ — в связи с тем, что бабушка в Турции преследовалась по уголовной статье. Но бабушка оправдана, ее отпустили, опека это знает. Ну это смешно», — подчеркнула она.
Ранее о нашумевшей истории снимала документальный фильм Ксения Собчак. Команда журналистки общалась с отцом Кати, и он рассказал, как внучка вообще оказалась в приемной семье.
«Сотрудники соцопеки посоветовали мне семью, которая может вывезти ее (девочку, — прим. ред.). Составили договор о том, что я доверяю этим людям вывезти внучку, так как жена и дочка под следствием.
В итоге я узнал о возвращении внучки из соцсетей. Звонил соцработникам и приемной семье, которые мне сказали: «Вам не надо было это знать». Считаю, что меня обманули. Какие мотивы? Я думаю, что это зарабатывание денег на грудных детях. Как я знаю, приемные семьи получают за них приличную сумму, поэтому не хотят от этого отказываться. Как мне говорили адвокаты в Турции, за ребенком следили, за ним ухаживали. Девочка совершенно здорова. Я не хочу вдаваться в подробности. Мыслей очень много о том, что они могут с ней сделать…» — переживал мужчина.
